Семья и геи в сериалах

печать топика


Странно, как, бывает, перекликаются между собой новости, казалось бы, никак не связанные. В России принимают законы, запрещающие считать равноценными традиционные и нетрадиционные сексуальные отношения, и предпринимают попытки лишить родительских прав людей с гомосексуальной ориентацией. Между тем в США 22 сентября прошла очередная церемония вручения телевизионной премии «Эмми», и статуэтка за лучший комедийный сериал досталась «Американской семейке» — уже четвертый год подряд. Не думаю, что теперь этому сериалу грозит показ по какому-либо из каналов российского телевидения, ведь он как раз о том, что даже самые нетрадиционные семьи похожи друг на друга: в них так же любят друг друга, любят детей, в них во многом схожи проблемы.

Надо сказать, что этот сериал — далеко не единственный пример, где поднимается тема семьи и геев. Поэтому в сегодняшнем обзоре мне хотелось бы поговорить о сериалах, в которых не просто затрагивается тема гомосексуальности, но говорится о ней именно в том контексте, которого больше всего боятся наши законодатели — в контексте дома, семьи и родительства.

Америка



И раз уж речь зашла об «Американской семейке», то о ней и продолжим. Впрочем, перевод названия не вполне верен. Или, прямо говоря, совсем неверен. Modern family в переводе значит «современная семья», и никаких уничижительных коннотаций («семейка») тут не слышно. К тому же русские переводчики, видимо, хотели максимально откреститься от происходящего: нет-нет, такое только в Америке возможно, больше нигде.

В сериале изображены три семьи, но на самом деле все они связаны тесными родственными узами. Глава одного семейства, Джей, женат на женщине вдвое младше него. Его дочь Клэр — домохозяйка, и у них с мужем Филом трое детей. Сын Джея, Митчелл, состоит в однополом браке, и вместе со своим партнером они удочерили шестимесячную девочку из Вьетнама.



По сути своей это ситком, состоящий из двадцатиминутных эпизодов, маскирующихся под псевдодокументальное кино: в каждой серии герои сидят перед камерой и отвечают на «вопросы режиссера» о родительстве и отношениях в семье, а всё остальное повествование иллюстрирует их ответы сценками из жизни. И хотя иллюстрации всегда смешные, это нисколько не умаляет общего посыла о том, как важно уметь прощать, уважать свою половинку и своих детей, доверять им и самим быть честными.

Герои вроде бы и не кладезь достоинств, но они не раздражают, потому что очевидно, что это хорошие люди, невзирая на свои недостатки. А со временем к ним и вовсе прикипаешь, они становятся милыми и почти родными. Не так уж часто это случается при просмотре сериалов: видимо, создатели смогли найти золотую середину, не свалившись в социальную тематику, избежав пошлости и с юмором обыграв стереотипы. Семья Митча и Кэма на фоне двух других ничем не выделяется: это типичные заботливые родители, которые хотят видеть своего ребенка лучшим и стремятся сделать для него все возможное (иногда чрезмерно увлекаясь, но кто из нас совершенен?).


Если почва для появления «Modern family» была подготовлена более чем тремя десятками сериалов с геями на второ- и третьестепенных ролях, то сама «Modern family» открыла дорогу сериалам, в которых однополые семьи находятся в центре повествования. Следующим таким опытом стала «Новая норма» («The New Normal»), сериал NBC 2012 года — и опытом не слишком удачным.



Завязка такова: Брайан и Дэвид решают завести ребенка, им нужна суррогатная мать. В то же время Голди, официантка с восьмилетней дочерью, решает уйти от мужа, который изменяет ей направо и налево. Они счастливо встречаются и — вуаля! Голди ждет ребенка, все остальные справляются с возникающими трудностями и психологическими кризисами.



Идея о том, что нормальных людей на свете нет, каждый в чем-нибудь из понятия нормы да вываливается, и признание этого и есть новая норма, хороша, и даже форма воплощения — комедийный ситком — неплоха. И, наверное, будь сериал более тонким, трогательным и (чего уж) умным, он имел бы успех. Однако он был закрыт после первого сезона, и вовсе не его тематика тому виной. Герои его вышли до гротеска стереотипными (стереотипные геи, стереотипные ксенофобы, стереотипные козлы-мужья и т.д.) и напоминают больше персонажей басни, чем живых людей. Зрители получают большими порциями лекции о толерантности и в крайне малых дозах — поводы посмеяться. Это просто скучно.



Другим опытом — на сей раз удачным — стал сериал канала ABC Family «Фостеры» (The Fosters). Две женщины — полицейская Стефани и замдиректора школы Лена — живут вместе уже 15 лет и воспитывают троих детей: один из них сын Стеф от первого брака, двое других — латиноамерианцы, брат с сестрой, усыновленные парой после того, как их мать загремела в тюрьму за продажу и распространение наркотиков. Первая серия начинается с того, что в доме появляется еще один подросток, Келли — неблагополучная девушка, которую Лена забирает из колонии.



«Фостеры» — это не комедия, это серьезный сериал, и он поднимает сразу множество тем: жестокое обращение с детьми, наркомания, возвращение в приюты приемных детей, подростковый секс, этнические проблемы. Это сериал о семье, в которой несколько детей-подростков, и о том, как родители справляются с трудностями, которые неизбежно возникают у любых детей на пути взросления. И неважно, что в ней две мамы вместо мамы и папы: они ведут себя так, как и должны вести любящие и неравнодушные родители.



Нельзя сказать, что этот сериал особенно хорош: он весьма предсказуем и временами слишком назидателен. Однако передать ощущение большой семьи, живущей своей сложной, но налаженной жизнью, передать ощущение «дома» создателям удалось прекрасно. Это видно даже и в открывающих титрах:


Мне показался очень интересным и характерным один из эпизодов: второстепенные персонажи, воцерковленные родители 16-летней дочери, на вопрос, как же они отпускают свою дочь в «неправильную» с точки зрения верующих семью, ответили: «Как семья может быть не угодна Богу?» Думаю, это как раз та позиция, на которой строятся сериалы об однополых семьях в Америке. Семья и патриотизм — вечные и неизменные американские ценности, и создатели наверняка руководствуются лозунгом «Ударим семейными ценностями по нетерпимости и узколобию!». Что ж, дело благое, хотя им и не хватает тонкости, а назидательности бывает лишку.

Англия

В Великобритании тема семьи и геев подается несколько по-другому, но там она тоже, безусловно, есть.



Можно сказать, что сериалов, посвященных именно однополым семьям и их проблемам в Англии нет. Это не значит, что там вообще не поднимают эту тему. Просто английское телевидение не любит листовок типа «всё, что вы хотели знать о, но боялись спросить», а предпочитает рассказывать историю, и если в этой истории вдруг оказались не гетеро-, а би- или гомосексуалы, то какая разница?

Именно поэтому такие истории можно встретить в сериалах любого жанра. Один из наиболее ярких примеров — научно-фантастический сериал «Торчвуд». Так же, как во многих детективных и фантастических сериалах, в нем по ходу действия возникает любовь между двумя героями и складываются прочные отношения — с той разницей, что оба героя оказались мужчинами. Фанатской любви это нисколько не помешало, даже напротив: когда один из героев погиб, это вызвало шквал возмущения и требований воскресить персонажа. История любви оказалась слишком хорошо написана и перевесила фантастическую составляющую.

Комедийный ситком «Vicious», в котором в центре находится семья двух пожилых геев, на самом деле вовсе не о проблемах однополых семей. Это просто комедийный ситком, снятый для того, чтобы зрители могли повеселиться. Ну и актеры, конечно, тоже. В главных ролях там снялись Йен Маккелен (заслуженный Гэндальф) и Дерек Джакоби (знатный шеспировед). Оба — обладатели многочисленных «Эмми», «Тони» и BAFTA, кавалеры Ордена Британской Империи и открытые геи. И оба совершенно откровенно наслаждаются, играя в стереотипы.


Название, думается мне, адекватнее всего было бы перевести как «Греховодники» (хотя уже укоренилось корявое «Порочные»). Действующих лиц не так уж много: пожилая пара Фредди и Стюарт, друзья семьи Вайолет (сексуально озабоченная леди глубоко бальзаковского возраста), Мэсон (озабоченный потребностью что-нибудь съесть пожилой джентльмен) и Пенелопа (впавшая в маразм старушка-божий одуванчик), а также Эш — молодой парень, снимающий квартиру сверху и частенько заходящий в гости.

Вместо того, чтобы политкорректно смеяться над гомофобией, сериал совершенно бессовестно изображает стереотипных геев, смеется над старческим маразмом и женским одиночеством, попутно издеваясь над современным ТВ и ролями, сыгранными Маккеленом и Джакоби в театре и в кино — и они с удовольствием принимают участие в этом дуракавалянии. И результат получается почему-то не глупым и пошлым, а очень смешным и трогательным.



Это пример одного из типичных английских трюков: сделать смешную «агитку наоборот», в которой тем не менее отчетливо будут видны и любовь, и забота друг о друге. И когда натурал Эш говорит, что хочет такой любви, как у них, с ним соглашаешься. Потому что вот оно, счастье.

Интересно, что всего годом раньше (в 2012) вышел еще один сериал с участием Дерека Джакоби, «Последнее танго в Галифаксе», где он играет человека, встретившего девушку, в которую был влюблен в год окончания школы, спустя 60 лет. И ему, и ей уже по 75, оба вдовцы, у каждого есть по взрослой дочери, а также внуки — и вот они списались в «Фейсбуке», встретились и поняли, что любили друг друга всю жизнь.



Сериал получил в этом году BAFTA за лучший сюжет: это не просто милая и трогательная история, это своеобразное исследование многообразия проявлений любви. Для Алана и Силии жизнь в 75 лет только начинается. Дочь Алана, Джиллиан, десять лет назад осталась вдовой и теперь встречается с парнем вдвое младше нее самой. Дочь Силии, Кэролайн, расходится с мужем и встретила женщину, которую полюбила. При всей внешней простоте все три эти линии очень глубоки, да и параллели с «Последним танго в Париже» наталкивают на размышления. Если фильм Бертолуччи — о любви разрушающей, о крахе надежды на сияние душ, то «Танго в Галифаксе» (то есть в английском захолустье, никаким боком не напоминающем Париж) — о том, что истинной любви безразличен ваш возраст, пол, уровень образования, привычки и политические взгляды. А еще это сериал о внезапно появившейся большой семье, в которой ссорятся, не принимая что-то друг в друге, мирятся, в которой с детьми открыто говорят о себе и где сын может поздравить маму с тем, что она нашла свое счастье (и неважно, что счастлива она будет с другой женщиной).

Мысль о том, что любят личность, а не пол/возраст/расовую принадлежность/и т.д, — одна из излюбленных в творчестве Рассела Ти Дэвиса, телесценариста, снявшего один из первых гей-сериалов Великобритании, «Queer as Folk». Она в разных вариациях звучала у него и в «Докторе Кто» (одной из центральных линий первого-второго сезонов стала любовь Розы и Доктора — инопланетянина, не-человека), и в уже упомянутом «Торчвуде». Однако самый причудливый извив эта тема совершила в сериале «Боб и Роза», где главный герой, гей, полюбил женщину.



У кого-то другого, наверное, это могло бы превратиться в назидательную историю о том, что геи всё-таки могут перевоспитаться и исправиться. Но нет. Боб говорит:
«У меня есть девушка. И… это не так, будто… Я хочу сказать, я не стал натуралом. Я не «повзрослел». Не стал «лучше». Я всё такой же. Мне нравятся только мужчины. Мужчины… и она. Вот только никаких мужчин у меня нет, потому что я стараюсь не обманывать ее. Не потому, что я хочу измениться, а потому что хочу быть верным».


«Боб и Роза» — одна из самых романтичных историй любви, умудряющаяся оставаться очень правдивой. И семья в этом сериале, наверное, одна из самых необычных.

Сомнительно, впрочем, что в России все смогут воспринять эту историю так, как задумывал сценарист. Ведь она не о перевоспитании. Она о том, что гомосексуальность никак не влияет на стремление прожить с любимым человеком всю жизнь и вместе воспитывать детей.

Полина Скурихина

Читайте также по теме:

Комментарии (0)

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.